Мистерия-буфф. Вариант Чистых. ЦИМ.

Рецензия сына на спектакль в "Афише". Заводной Маяковский
Алый во всю сцену занавес. Из темноты слева выходит… О-ля-ля! Сам Маяковский! И медным голосом зачитывает ремарки к своей же собственной пьесе. Затем он вновь исчезает в темноте, занавес раскрывается… И начинается Мистерия-Буфф!
Черно-белые тона, грамотно приправленные алым, составляют красивую и стильную картину, на которой изображены «Чистые» - буржуазия и интеллигенция, волею судьбы не нашедшая своего места в революционном мире. Скитания этих «Чистых» и составляют основу Мистерии-Буфф.
Режиссер Николай Рощин поставил… графическую новеллу. Пусть на меня ополчатся, но в результате у него вышел натурального вида комикс. Здесь великолепно прописанные типажи, здесь и прекрасное оформление, радующее глаз, здесь и поверхностный социальный подтекст. Да, несомненно, мусульманские напевы тонко оттеняют мировой потоп революции. «Ни одного куска суши не осталось!» - мысль скачет по проторенной новостными блоками дорожке исламского террора. Да, белый порошок, кредитка, а мы, наученные телевидением, моментально вспоминаем процент смертности среди наркоманов. Да, крики о демократии с американским акцентом, на головы зрителей валятся крепко связанные петли, а в памяти всплывает усталое лицо Хусейна, глядящего в объективы мобильных камер. Но все это вполне можно, покопавшись, найти и в произведениях Френка Миллера.

Весьма показательна сцена убийства Бога. Бог Доллар, балабонящий на своем англицком языке что-то про нефть и благодать на фоне стилизованного американского флага и масонского треугольника, неожиданно оказывается на полу. Его избивает Генерал (я уже говорил про типажи?), а добивает Поп. Чем бы вы думали? Конечно, красным молотом. Это настолько именно американская культура комикса, внешней атрибутики, типажа и визуализации, что даже и удивительно, как легла она на Маяковского. Был такой комикс про, вы не поверите, советских супергероев. Вот там были и молот, и генералы, и попам там, думаю, тоже не удивились бы.

Рощин режиссер талантливый. Находок у него хватает. Но в Мистерии-Буфф Рощин заигрался. Выкинув из оригинального текста пьесы «Нечистых» и оставив лишь узнаваемые и богатые типажи «Чистых», Рощин не смог грамотно распределить между ними реплики. Оттого жуткая путаница возникает у зрителя, а этого быть ну ни в коем случае не должно. Куда отправились эти «Чистые»? Зачем? Почему разносят они в клочья ад и рай, как пароходом управляют, кто им его в конце концов построил (а строить они собрались уже в первом действии, тут же противорчиво заявляя, что строить не умеют)? Весь спектакль с отчаянием ждешь, что выйдет сейчас хоть кто-нибудь (может даже сам заводной Маяковский) и разъяснит, что же за кавардак тут происходит.

Если же все-таки отстраниться от комиксово-базарных действий и поразмышлять о сути «варианта чистых», то сразу же из недр шумной революции всплывает тихая и тоскливая безвыходность, безвыходность, предопределенность. Мы прекрасно знаем, чем кончил Маяковский, и выстрел в конце пьесы не удивляет. Так же не удивляет «Чистых» красная гильотина, рубящая головы под интренационал. В нашем мире, где даже Бога Доллара бьют ногами, как только снизится курс, уже ничему не удивляешься. Даже попу на люстре.