Сын.

Вечером вернулась домой уставшая. Сын после работы в школе посмотрел "Монстро". Говорит, хорошо очень спецэффекты сделаны, сложно очень: фильм снят словно с ручной любительской камеры, но это почти не раздражает. Как ипродактплейсмент - ненавязчивый. Говорит, как влияние 11 сентября чувствуется: съемки разрушений с дрожащей руки напоминают документальные съемки от башен. И очень странно, говорит, что нет ни одного героя, ни одного "знания", урока, и все погибают. Подумалось, что вот такой фильм совсем не хочется сейчас смотреть - безнадежный.
Потом говорили о том, что часто отношение к событию меняется с временем: само оно остается прежним, но видение становится шире, объемнее, словно некто приподнимает шоры все выше, давая знания и новое отношение порциями. О режиссерских замыслах, операторском видении - я косилась по углам, вглядывалась в темноту коридора, пытаясь представить оператора на рельсах. О фантастике. Открытиях. Леонардо да Винчи и Жюле Верне, даре предвидения. О вере. О душе. О том, что взрослые тетеньки обращаются к нему на Вы, называя при этом нигилистом. Смотрела на него и думала: неужели этот отдельный небритый дядька был когда-то пухлощеким маленьким младенцем с наивным взором, открытой всем людям улыбкой и верой в Деда Мороза?
А меня никто нигилисткой не называл. Я была вежливой, всё больше слушала, впитывала, в споры ни с кем не вступала. А может, просто не было убеждений?:)
И усталость как-то растворилась в беседе. Люблю я с сыном вот так беседовать:) И ощущать, что он уже давно вырос из меня:) Пропорции изменились. Но продолжает беседовать, да:) Тихо радуюсь.