Проспав часа 3-4, после этого сна резко очнулась от недоумения и даже записала, чтобы не забыть к утру. Пришла я на концерт фольклорной музыки в каком-то грустном одиноком настроении. Стою у зеркала в гардеробе и зачем-то платок на плечах то расправляю, то складочки делаю. Ощущение, что никому я не нужна, не интересна. И вдруг слышу: "Оля, Оля!" Удивленно оборачиваюсь и вижу знакомые лица двух женщин. Причем сразу не могу вспомнить, из какого периода моей жизни эти люди: за 8 лет моей жизни в военных гарнизонах мы поменяли 4 места службы, каждый раз - почти полная смена окружения, а человек я очень общительный, плюс работа кадровиком в Бутово, когда мест, где можно найти работу, было раз-два и обчелся, т.е. через мой кабинет прошла чуть ли не половина ищущих работу людей - по улице шла и часто здоровалась, сын со мной ходить не любил, я вечно останавливалась выслушать новости очередной знакомой. И тут сходу не могу понять, где мы с этими женщинами общались. И тут началось невероятное-сонное:))) Они передают мне привет от парня с Крайнего Севера, из какого-то чума. Типа, ездили туда с экспедицией песни собирать. А он не разговаривает - мычит только, но при этом поет хорошо. Передает спасибо, что когда-то спасла его. А я ничего сообразить не могу, не помню, чтобы кого-то спасала, думаю, перепутал он что-то. Такое недоумение от фантастичности ситуации. А они стали подробности рассказывать и тут потихоньку начинаю вспоминать, что, действительно, много лет назад услышала какой-то странный писк вроде как в подвале дома. Спустилась и вижу: кошка выкармливает своим молоком чумазого голого младенца, новорожденного. Ужаснулась, принесла его домой, помыла, да стала выхаживать. Причем ни в больницу, ни в милицию не сообщала почему-то, словно решила, что никто лучше о нем не позаботится, что задание мне такое свыше прислали. Так несколько лет он у меня и прожил. Но что интересно - заботилась я о нем хорошо, кормила-поила, много с ним занималась, разговаривала, сказки рассказывала, песни пела, жалела его, ласкала, по голове гладила, на коленочки сажала, баюкала - все, как настоящая мама делала. И ведь он был спокойный очень, не капризничал, плакал только от боли, легко было с ним быть спокойной да ласковой, ладили мы с ним очень хорошо. А вот знала, что расстанемся, что - не мой это ребенок, и не было той привязанности, что - не разорвать. Всегда знала, что мы потом не будем видеться. Да и не разговаривал он совсем. Смотрел только карими глазами большими, любящими, признательными, а не разговаривал. Ну и было такое ощущение, что не понимает он меня. Не понимает, что с ним произошло и происходит, что потом станется с ним. Может, это и не давало привязаться сильно. Вот почему расстались, куда он потом делся - нет в памяти ничего. Лет в 5 его в моей жизни не стало. Говорят, именно к 5 годам личность полностью сформирована. Словно выполнила миссию и меня освободили так же неожиданно, как и наградили ею. И вот прошло лет 15. Я уже и забыла, оказывается. А он - помнит. И не то, чтобы тоскует, но женщинам тем обрадовался и как-то сумел рассказать. Уж как он понял, что мы с ними встретимся и слова его они мне передадут? Ведь все неожиданно получилось, встреча абсолютно случайная была. Я ведь и на концерты народной песни не хожу. Мне стыдно было, что я и женщин тех не вспомнила, откуда они. И что про мальчика забыла. Даже имени его не помню. А он вот несет эту память сквозь годы, хотя маленький был совсем, должен был забыть как раз. Теперь вот думаю, зачем мне этот сон приснился. Что люди добро помнят - известно. Может, сама забыла о чьей-то доброте, мимо прошла, не заметила? Потому что главное, что осталось - стыд, что не помню.