Olga (ajushka) wrote,
Olga
ajushka

Categories:

КАЙ В ЦАРСТВЕ СНЕЖНОЙ КОРОЛЕВЫ. Беседа с психологом А.В. Шуваловым

Оригинал взят у ajushka в КАЙ В ЦАРСТВЕ СНЕЖНОЙ КОРОЛЕВЫ. Беседа с психологом А.В. Шуваловым
По ссылке можно почитать другие материалы по детству, в том числе, о роли компьютера в жизни вашего ребенка

Беседа с Александром Владимировичем Шуваловым, кандидатом психологических наук, руководителем психологической службы Центра развития творчества детей и юношества «Лефортово», старшим научным сотрудником Московского института открытого образования.

Корр.: С какой аудиторией Вам приходится работать?

А.В. Шувалов: С детьми, и с родителями. Возрастных ограничений у нас нет – от младенцев до бабушек. Здесь, можно сказать, первая линия помощи.

Корр.: То есть?

А.В. Шувалов: Суть нашей работы – первичная психологическая помощь. Это психологическое консультирование, которое предполагает и диспетчерские функции: если мы видим специальные проблемы, то рекомендуем обратиться к врачу либо к юристу.

Корр.: Приведите пример, когда Вы считаете, что случай не в Вашей компетенции.

А.В. Шувалов: Пограничные расстройства психики, когда в эмоциях и поведении человека нет психологической понятности, когда поступки противоречат здравому смыслу, а человек либо не осознает этого, либо признается, что не в состоянии управлять собой.

Корр.: А разве пограничные состояния не дело психолога?

А.В. Шувалов: Это дело врача-психотерапевта. В подобных случаях необходимо медицинское освидетельствование.

Корр.: Для дифференциальной диагностики?

А.В. Шувалов: Да. Врач должен определить, есть ли медицинская проблема, и дать свои рекомендации. Значительное число сложных ситуаций, с которыми мы сталкиваемся, отягощены явным медицинским компонентом и (или) связаны с социальным неблагополучием семей. Так что психологический аспект часто оказывается вторичным, и помощь психолога является необходимым, но не достаточным условием решения проблемы.

Корр.: Какие тенденции в поведении детей вы замечаете в последнее время? Есть ли некие новые формы психологических отклонений?

А.В. Шувалов: Думаю, что есть, и мы только начинаем их распознавать и осмысливать. Если говорить о современных тенденциях, то первая, на мой взгляд, связана с притуплением способности к сопереживанию. Я называю это явление комплексом безродности. Крайние проявления безродности характерны для "синдрома Маугли" и "социального сиротства". Речь идет о детях, которые в раннем возрасте оказались лишены человеческой заботы и одичали, о детях-бродяжках, обитающих в подвалах или на вокзалах. В этих случаях очерствение души – это одно из условий выживания ребенка в нечеловеческих условиях.

Корр.: Вы в своей практике встречаетесь с такими детьми?

А.В. Шувалов: Нет. Но социально устроенных детей эта тенденция тоже не миновала. Связана она с разрывом межпоколенных связей и разобщением. Проявляется комплекс безродности в чрезмерном своенравии и душевной скупости, утрате чувства здоровой сентиментальности по отношению к окружающим людям, включая родных и близких. Эти особенности с той или иной степенью выраженности мы наблюдаем у значительного числа наших подопечных.

Корр.: Какие еще современные психологические тенденции можно считать знаковыми?

А.В. Шувалов: Австрийский психиатр Виктор Франкл называл "экзистенциальным вакуумом" состояния взрослых людей, не видящих в своей жизни смысла. Сейчас нечто подобное можно заметить и среди детей. Я бы назвал это комплексом опустошенности, который проявляется в апатичности, скептицизме, скудности и приземленности интересов, за которыми возникает и моральная распущенность. Есть такой сказочный образ, который хорошо иллюстрирует внутреннюю опустошенность, – Кай в царстве Снежной королевы. Это мальчик, которому в глаз попал осколок разбитого дьявольского зеркала, а его сердце "оледенело", стало невосприимчивым к истинному, доброму и прекрасному, и его внутренний мир опустел. Специалисты замечают, что современные дети стали менее романтичны. Это тоже одно из проявлений опустошенности.

Корр.: Вряд ли можно говорить о каких-то генетических мутациях. Тогда результатом чего являются эти бесчувственность и опустошенность?

А.В. Шувалов: Ориентации на вещные блага как на главное мерило качества жизни. Неискушенные, неокрепшие юные души податливы и пластичны, поэтому нравы, царящие в обществе, незамедлительно накладывают свой отпечаток на психологию детей. Это ясно прослеживается на примере следующей тенденции, которая является закономерным продолжением двух предыдущих. Там, где возникает экзистенциальный вакуум, начинают разрастаться деструктивные проявления, которые в своих организованных формах образуют антикультурную среду. К явным формам антикультуры можно отнести криминальные группировки, экстремистские организации, тоталитарные секты, порноиндустрию и проституцию, среду употребления и сбыта наркотиков. Дети, попадая под влияние суррогатных ценностей, оказываются втянутыми в те или иные антикультурные течения. На бытовом уровне ценностно-смысловая дезориентированность часто проявляется в радикальности взглядов, категоричности суждений, ожесточенности и враждебном настрое.

Корр.: Правильно ли я поняла, что дети с признаками отчуждения и опустошенности более подвержены отрицательному влиянию?

А.В. Шувалов: В сказке Снежной королеве не составило большого труда "пленить" самонадеянного Кая. А хорошие сказки – это одновременно и отражение жизни, и предостережение на будущее.

Корр.: Вы перечислили, как мне кажется, грубые формы дезориентированности. А есть ли более стертые, менее асоциальные?

А.В. Шувалов: Их можно назвать культами, например культ достатка и стяжательство, вещизм. Подросток может переживать как личную драму то, что его мобильный телефон не престижной модели, его одежда "не актуальна". Или, скажем, что он не справляет свой день рождения в модном клубе.

Корр.: Но можно ли говорить о такой ценностной дезориентированности как об индивидуальном психологическом отклонении? Ведь любой нормальный ребенок, особенно подросткового возраста, хочет выглядеть "не хуже людей", хочет соответствовать неким социальным стандартам. И когда в качестве эталона ему проповедуют тот же культ престижных вещей, он подчиняется этому именно как нормальный человек. Парадокс! Патологическое проявление как следствие нормальной адаптивности.

А.В. Шувалов: Не парадокс, а одно из свидетельств того, что жизнь неумолимо усложняется и подбрасывает нам извечные проблемы в новом, еще более изощренном виде. Тем более мы должны понимать, что подобные установки и убеждения деформируют личность, препятствуют развитию качественных, дружелюбных, уважительных отношений между людьми. В этом ряду культ комфорта и гедонизм (тяга к наслаждениям, стремление к "красивой" и безмятежной жизни), культ успеха и карьеризм, культ силы и конкурентность, культ рацио и циничный прагматизм. На этой почве пополняются и клинические группы от уже известных одержимых работой "трудоголиков" до весьма экзотичных "шопинг"- зависимых (другое название – "магазинный невроз" – страсть к бессмысленным и фактически ненужным покупкам по принципу "я покупаю – значит я существую").

Интересно, что должностная инструкция предписывает педагогам-психологам заниматься "профилактикой возникновения социальной дезадаптации детей и подростков". По моему же мнению, есть основания говорить о психологическом здоровье детей не благодаря, а вопреки тенденциям современной общественной и культурной жизни в нашей стране. В новых условиях понятие "контролируемой неадаптивности" приобретает новый, позитивный смысл, например как устойчивость к воздействиям средств массовой информации, рекламы, PR-технологий, как проявление личной позиции.

Что касается проблемы нормы или нормальности, то это, прежде всего, вопрос о том, что делает человека человеком, а что препятствует этому. Попрание духовных ценностей в погоне за моложавостью, славой, богатством и властью в народных преданиях всегда расценивалось как тягчайшее падение человека, его сделка с "нечистой силой".

Корр.: Но тогда не обрекаем ли мы ребенка на положение "белой вороны" и тем самым на психологический травматизм? Как с этим быть?

А.В. Шувалов: Ребенок, который в своей семье не чувствует себя одиноким, уже защищен от "комплекса белой вороны". К слову, скрытая природа вещизма – это компенсация ущербных отношений с близкими. Воспитание в любви и достоинстве – условие психологического благополучия современных детей. Конечно, взрослым необходимо определяться с ценностными приоритетами в воспитании. Если хотя бы в семье они внятны и неразрывны с образом жизни, ребенок будет более устойчив к искушениям.

Корр.: Но в подростково-юношеском возрасте семья уходит на второй план, а на первый выходит общение со сверстниками, отношения с противоположным полом. И что тогда?

А.В. Шувалов: К этому возрасту мировоззренческий фундамент, как правило, уже заложен. Приближается время самостоятельного выбора, определения собственных предпочтений. Если в семье прочные отношения и доброжелательная атмосфера, если старшие сумели своевременно перестроиться и, сохранив контакт с младшим, стать для него интересным собеседником и доверенным лицом, это уже немало. Подростки вполне самостоятельны в своих взглядах и оценках. Если они были приобщены к верному и доброму, если существует устойчивая духовная связь с родителями, – это самый сильный фактор, оберегающий подростка от пагубы. Именно об этом Ф.М. Достоевский писал в "Братьях Карамазовых": "ничего нет выше, и сильнее, и здоровее, и полезнее впредь для жизни, как хорошее воспоминание, вынесенное еще из детства, из родительского дома: если набрать таких (добрых) воспоминаний с собой в жизнь, то спасен человек на всю жизнь, но и одно только хорошее воспоминание, оставшись при нас, может послужить нам во спасение".

Корр.: Подведем итоги этой части нашей беседы. Итак, Вы обозначили, если не ошибаюсь, три аномальные тенденции личностного развития современных детей: комплекс безродности, комплекс опустошенности и ценностно-смысловая дезориентированность.

А.В. Шувалов: Все правильно. Думаю, что эти феномены сегодня недооцениваются взрослыми.

Корр.: А почему? Как Вы это объясняете?

А.В. Шувалов: Наверное, потому, что они неочевидны в своих проявлениях, а их последствия чаще бывают отсрочены во времени – как в отношении самого взрослеющего человека, так и в отношении окружающих его людей.

Корр.: Не могли бы Вы вкратце рассказать об этих последствиях?

А.В. Шувалов: Начну с опустошенности. Она рано или поздно приводит к падению жизнеспособности: сначала это – меланхолия, потом – депрессия, общее снижение тонуса и интереса к жизни вплоть до суицидального поведения. И все потому, что нет того, ради чего стоило бы жить, нет того, чему хотелось бы отдавать свои силы, нет того, чему стоило бы служить.

Корр.: А каковы последствия "комплекса безродности"?

А.В. Шувалов: Пожалуй, это чувство одиночества. Причем, не ситуационного одиночества, которое может посетить каждого, а постоянно сопровождающее человека, становящееся доминантой его мироощущения и не дающее ему возможности почувствовать себя счастливым, то есть причастным к жизни других людей – как ближних, так и дальних. Ведь "счастье" по-старославянски – это соучастие, встреча… Такие люди пытаются заглушить свою внутреннюю одинокость алкоголем, наркотиками, стяжанием, азартными играми, блудом и тем самым медленно уничтожают себя и физически, и духовно.

Корр.: И, наконец, чем грозит в будущем ценностная дезориентированность?

А.В. Шувалов: В этом случае человек занимает разрушительную позицию уже не только и не столько по отношению к собственной жизни, сколько по отношению к жизни вообще, становится "агентом", проводником антикультуры, живет и действует по принципу "ничего святого", за счет других, в ущерб другим, против других. Он становится… можно сказать по-церковнославянски?

Корр.: Пожалуйста!

А.В. Шувалов: …окаянным, то есть каиноподобным, подобным первому человекоубийце.

Корр.: Александр Владимирович, а можно задать Вам более частный, но волнующий многих вопрос? Какие изменения Вы, практический психолог, наблюдаете у детей, увлекающихся компьютерными играми? Ведь сегодня для многих ребят это значительная часть досуга.

А.В. Шувалов: К сожалению, для все большего числа детей и подростков компьютерные игры становятся фактором, искажающим их развитие. Впервые мы, я и мои сотрудники, лет десять назад отметили почти одержимое увлечение детей игровыми телевизионными приставками. (Тогда еще компьютеры были менее доступны.) В последние годы появились весомые основания говорить об этом как о новой форме патологической зависимости.

Корр.: А почему, собственно, увлечение компьютерными играми надо называть зависимостью? Ведь когда дети играют, скажем, в шахматы, в лото или в футбол, никому и в голову не приходит говорить о зависимости. В чем принципиальная разница?

А.В. Шувалов: Во-первых, в том, что и шахматы, и лото, и футбол – это социальные формы досуга, они предполагают партнера или партнеров, то есть живое общение с другим человеком. Во-вторых, увлеченность компьютерными играми проявляется, как минимум, в виде пагубной привычки, которая при попустительстве родителей быстро перерастает в болезненное психическое состояние.

Корр.: Поясните, что такое пагубная привычка и чем она отличается от хорошей?

А.В. Шувалов: Пагубная привычка отвлекает от необходимых для нормального развития видов деятельности – учебы, домашнего труда, общения со сверстниками…


Корр.: Но любая игра, те же шахматы или тот же футбол, отвлекают от других полезных видов деятельности, прежде всего от учебы.

А.В. Шувалов: Вы меня не дослушали. Дело в том, что игры – как настольные, так и дворовые, как спортивно-состязательные, так и ролевые – тоже являются совершенно необходимым условием для нормального развития ребенка. Они ведь, кстати, неотделимы от общения со сверстниками, предполагают труд и преодоление препятствий, служат своего рода гимнастикой и для тела, и для ума, воли и чувств взрослеющего человека. Пагубная привычка, расширяя свои полномочия в жизни ребенка, вытесняет в том числе и здоровые игры. Постепенно она начинает доминировать настолько, что препятствует даже жизненно необходимым потребностям ребенка – таким, как сон, еда, прогулки на свежем воздухе. Что, в свою очередь, подтачивает здоровье.

Корр.: С пагубной привычкой мы разобрались…

А.В. Шувалов: Я-то на самом деле уже приступил к разбору болезненных состояний. Пагубная привычка ограничивает возможности ребенка в развитии и занимает промежуточное положение между здоровьем и болезнью. Да разве можно провести четкую грань между пагубной привычкой и психологическим недугом?!

Корр.: Хотелось бы услышать от Вас что-то о конкретных проявлениях компьютерной зависимости в поведении детей. Каковы они?

А.В. Шувалов: Это падение познавательных и социальных интересов, снижение учебной мотивации и, как следствие, резкий обвал школьной успеваемости, сворачивание дружеских контактов. Ребенок готов день и ночь сидеть за компьютером и бурно протестует против любых попыток хоть как-то его в этом ограничить.

Корр.: Значит, он становится еще и агрессивным?

А.В. Шувалов: Точнее сказать, он становится крайне раздражительным вплоть до агрессивности. Все это негативно сказывается на его функциональном состоянии.

Корр.: Если можно, конкретизируйте.

А.В. Шувалов: Работоспособность – и интеллектуальная, и физическая – резко снижается, потому что длительное сосредоточение на плоскости компьютерного экрана сильно перегружает зрительные анализаторы, а через них оказывает угнетающее воздействие на нервную систему в целом, отнимая у ребенка ресурсы, необходимые для умственных занятий и общения, для решения задач развития. Хочу подчеркнуть, что у детей, увлеченных агрессивными играми-"стрелялками", наблюдается девальвация ценности всего живого.

Корр.: А как Вы это видите?

А.В. Шувалов: По рисункам, по суждениям, по свидетельствам родителей. Вот свежий пример. Несколько дней назад к нам на прием пришла женщина, восьмилетний сын которой успел пристраститься к электронным играм, в том числе к игре, где предлагается уничтожать разнообразных насекомых. Мама заволновалась только сейчас, когда наступило лето: семья переехала на дачу, и там, на природе, мальчик с азартом убивает насекомых – уже не виртуальных, а реальных жучков и паучков. Число такого рода примеров, увы, растет с пугающей быстротой, и есть все основания утверждать, что "кибермания" приобретает характер своего рода эпидемии.

Корр.: Каковы наиболее распространенные ошибки родителей в подобных ситуациях?

А.В. Шувалов: В консультативной практике мы сталкиваемся с двумя типами ситуаций. Сначала это попустительское отношение со стороны родителей, когда они не придают значения страстному увлечению ребенка или, более того, используют компьютерные игры в качестве поощрения, например, за хорошие оценки в школе. Позднее, когда незаметно утрачивается контроль над ситуацией, растерянные родители признаются в своем бессилии перед зависимым поведением ребенка. Надо понимать, что предупредить проблему легче, чем ее преодолеть. Для этого родителям нужно своевременно проявить здравый смысл, терпение и волю. Преодоление зависимости – это болезненный кризис и испытание не только для ребенка, но и для всей семьи.

Корр.: А существуют ли некие индикаторы или нормы, ориентируясь на которые Вы оцениваете проявления патологии у киберзависимых детей? У Вас ведь, насколько я знаю, есть исследования, посвященные критериям психологического здоровья детей. Кажется, они основаны на представлении, что любовь – это универсальный способ реализации человеком своей сути. Правильно?

А.В. Шувалов: Ну, в общем, да… На саму эту идею меня навели работы крупнейшего современного психолога, моего дорогого учителя Виктора Ивановича Слободчикова. Опуская научно-методологические подробности вопроса, можно утверждать, что психологию здорового ребенка (да и взрослого!) отличают жизнелюбие, трудолюбие, любознательность и человеколюбие (или, если более широко, миролюбие).

Оценивая состояние и поведение киберзависимого ребенка, мы вынуждены констатировать пораженность по всем четырем параметрам.

Корр.: Пожалуйста, прокомментируйте каждый из четырех.

А.В. Шувалов: Так мы же только что об этом говорили! На смену четырем базовым критериям нормы приходит обесценивание всего живого, включая себя самого вплоть до потребностей своего организма; атрофия привычки трудиться и находить в этом удовлетворение; падение познавательных интересов и саботаж учебной деятельности; замкнутость на себе, равнодушие и холодность к людям.

Если подвести итог, то ребенок, срастаясь с компьютером, постепенно превращается в безвольную биологическую машину, по существу – в придаток к компьютеру.

Корр.: Вспомним слова апостола Иоанна Богослова: "Бог есть любовь". Значит, кибермания, лишая ребенка способности к разнообразным проявлениям любви, не только делает его психологически неполноценным, но и отчуждает от Бога? А если так, то к кому природняет?

А.В. Шувалов: Понятное дело к кому… Не хочется называть…

Корр.: Не хочется и заканчивать беседу на такой инфернальной ноте. Поэтому задаю Вам следующий вопрос: можно ли детей, поврежденных киберзависимостью, реабилитировать? Вернее сказать – спасти?

А.В. Шувалов: Что значит "можно"? Необходимо! Без этого наш разговор лишается смысла. Эта сложная задача требует сложения усилий. Усилий всех взрослых – родителей, педагогов, психологов, врачей. И даже… производителей и распространителей компьютерных игр.

Корр.: А что они должны делать? Не производить и не распространять?

А.В. Шувалов: Сомневаюсь, что они прислушаются к такому призыву, но, может быть, кто-то из них призадумается. На их благосклонность нам, пожалуй, не стоит рассчитывать.

Корр.: То есть игры никуда не денутся. И что же тогда? Может, строго запрещать?

А.В. Шувалов: Каждый родитель должен сам определить свою позицию: запрещать или "дозировать". Главное – понимать, что чем меньше времени ребенок проводит за компьютерными играми, тем лучше и для его здоровья, и для его личности. Справедливости ради замечу: детские души калечатся, прежде всего, уродливыми человеческими отношениями. Испытывая недостаток заботы и воспитательной мудрости со стороны старших, младшие находят утешение в пагубном, в том числе и в компьютерных играх. Поэтому одними только запретами проблему мы не решим.

Беседу вела И.Я. Медведева

http://www.voppsy.ru/authors/SHUVALAV.htm

Tags: Психология, Шувалов
Subscribe

  • Благо_Дар

    С момента смерти моего брата прошло почти 5 месяцев. Столько всего узнала про его жизнь, отношения с другими людьми, выслушала рассказы незнакомых…

  • Про хорошее в людях, или о пользе личного общения

    Перед лоджией в квартире, где жила мама, растут деревья, ветви которых дают тень, отчего в квартире не хватает солнца. Так мне кажется, хотя я там не…

  • Из темноты пещер

    Сынок сделал новый мультик. К Юрию Гагарину относится с огромным уважением, на 2 курсе за свои деньги снял фильм про Гагарина. Говорил тогда, что…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments

  • Благо_Дар

    С момента смерти моего брата прошло почти 5 месяцев. Столько всего узнала про его жизнь, отношения с другими людьми, выслушала рассказы незнакомых…

  • Про хорошее в людях, или о пользе личного общения

    Перед лоджией в квартире, где жила мама, растут деревья, ветви которых дают тень, отчего в квартире не хватает солнца. Так мне кажется, хотя я там не…

  • Из темноты пещер

    Сынок сделал новый мультик. К Юрию Гагарину относится с огромным уважением, на 2 курсе за свои деньги снял фильм про Гагарина. Говорил тогда, что…