Olga (ajushka) wrote,
Olga
ajushka

Categories:

О выборе, астрологии, судьбе и любви (31)

Оригинал взят у ajushka в О выборе, астрологии, судьбе и любви (31)
предыдущие части
2,5 года назад осенью в связи с 50-летием нашей школы вдруг активизировались одноклассники: все вылезли на одноименный сайт, началось активное общение, нашлись организаторы, желающие всех собрать, встреча состоялась. Сначала мы пришли в школу вместе с другими выпусками, потом своим отправились в ресторан.
Женя в школу пришел, потусовался, народу было много, мы не виделись со многими после школы, так что с ним лично долго не общались. В ресторан со всеми он не пошел, отправился домой. Причину я не спрашивала. Потому что после на встрече был Юрка, моя первая любовь, сильная, от которой я отходила долго, несколько лет, и мы с тех пор не виделись ни разу.
Выходит, снова мне было не до Женьки. Как в тот давний майский день выпускного класса, когда Женя решил объясниться мне в любви.

То ли Женя боялся выпить и сорваться, то ли ему тяжело было меня видеть вместе с мужем, то ли другие дела у него были, уже не узнать.

Летом, спустя полгода после той встречи умер наш школьный учитель математики Иван Михайлович Лазарев, когда-то лучший учитель математики Москвы.
Осенью, чудом найдя в ЖЖ его бывшего выпускника, живущего в Америке, узнала его телефон, позвонила с целью напроситься в гости и оставить денег. Он меня не вспомнил - я не была сильна в математике, - но говорили мы довольно долго, успела ему сказать, как здорово он нам преподал математику, что даже спустя годы сложные задачи с сыном решала я, не дожидаясь мужа, как другие мамы одноклассников сына.

9 мая никто не взял трубку - в войну Иван Михайлович был юнгой в Одессе, хотела поздравить его c Днем Победы. А в середине мая его хоронили.
Я приехала на Юрьевский проезд к дому Ивана Михайловича.

Прощались с ним у подъезда, спустили с трудом (дом без лифта, хрущевка) его вдову, пожилую женщину, тоже учительницу, которая когда-то преподавала в другой школе русский язык моему брату. Иван Михайлович в телефонном разговоре говорил несколько раз о том, что он "взял" её, потому что она была одинокой. Я оставила ей денег, на кладбище не поехала.

Позвонила Женьке:
- Ты дома? Чего не вышел проститься с Иваном Михайловичем?

Женька жил в соседнем подъезде. Казалось бы, нетрудно выйти и попрощаться с любимым учителем - Женьку Иван Михайлович, конечно же, знал, и как ученика, и как соседа по дому, и как сына учительницы и директора школы.

- Я в запое, никуда не выхожу.
- Скажи код, я сейчас к тебе приду в гости. С гитарой и шпагой я здесь под окном.
- Нет, я тебе не открою, у меня бардак, сплошные бутылки.
- Тогда выходи на улицу. Я не уйду, пока мы не увидимся.

Пока он одевался, купила себе два иммунеле, ему бутылочку тана, опохмелиться. Он увидел, глаза загорелись:
- Откуда ты знаешь, что мне это нужно?
Пожала плечами: как не знать, если и муж выпивает.

Мы сели в его машине, Женя открыл водительскую дверь, чтобы ко мне не шел запах от него. Запаха не было, он зря боялся. По нему нельзя было сказать, что он в запое. Так высох, что лицу не на чем было пухнуть.
Маленький, худенький, в свободной теплой олимпийке - он дрожал то ли от холода, ибо кожа да кости, то ли от волнения. Я сидела рядом, смотрела на сгорбленные плечи, лысую голову, которую он сам брил машинкой, видела на затылке пропущенные кустики волос.
Словно не было прошедших лет, только жизнерадостный светлый мальчик превратился в худенького мужчину с опущенными плечами.

Поставив на торпеду под лобовым стеклом иммунельки, долго несла какую-то бодрую чушь, чтобы не висело тяжелое молчание. Женя слушал, иногда улыбался, пил свой тан.

Потом я замолчала. Он посмотрел на бутылочки иммунеле таким взглядом, что я спросила:
- Хочешь?
- Я почти месяц ничего не ел, только пью. Можно я одну бутылочку выпью?
- Господи, да пей обе.
- Нет, вторую не буду, это тебе.
- Неужели к тебе никто не приезжает, не привезет поесть, ни сестра, ни жена?
- Нет. Им неприятно меня таким видеть.

Да, наверно. У какой женщины хватит терпения это всё выносить? Умный мужчина, у которого вроде бы в жизни всё есть - работа, квартира, дача, машина, хороший заработок, жена: что ему неймется? Какая женщина будет это терпеть?

Сестра его Таня потом скажет: "Я с ним ругалась ужасно, а он как-то сказал, что всё понимает, но ничего не может поделать, это выше его."

Тишина затягивалась, я уже не знала, что говорить. Читать нотации? Слова - пустое. Он и сам всё знает, зачем добавлять банальности?

Я положила левую ладонь ему на затылок. Он напрягся. Я чуть сжала пальцы, слегка помассировав шею сзади. Потом положила руку на его правую, безвольно лежащую на колене. Он поднял свою левую и кончиками пальцев чуть прикоснулся к моей, так осторожно, словно боялся спугнуть, как мираж.
В горле встал комок. Сколько раз он, видимо, прикасался ко мне в мыслях, так за всю жизнь и не решившись прикоснуться в реале.

Я открыла свою бутылочку иммунеле.

- Знаешь, Оль, а ты была права: мне надо было разобраться в отношениях с мамой, зря я тебя не послушал. Может быть, получилось с женщинами лучше.
- Что теперь говорить об этом, Женя? Ты сделал свой выбор, уж как сложилось. Главное, чтобы ты хотел что-то изменить в своей жизни, сделать. Если ты готов, всё получится. Ты знаешь, что я всегда тебе помогу. Сделать за тебя никто не сделает, но на мою помощь ты всегда можешь рассчитывать. Только, пожалуйста, начни делать что-то сам, прояви инициативу. Я откликнусь, но не хочу больше проявлять сама. Давай, выходи из запоя быстрее и позвони - поедем куда-нибудь за город по старой традиции, поговорим: нет нерешаемых проблем, когда есть желание. Я верю, что получится.

Мне надо было возвращаться домой. Я попросила Женю проводить меня до магазина, где покупала ему тан, чтобы он мог зайти и купить себе еды.

Мы подошли к крыльцу у входа в магазин.
Он поднялся на ступеньку, оказался выше меня.
Бодрым голосом с оптимизмом в интонациях наказала ему навести порядок везде и сказала, что буду ждать его звонка. В его голубых практически выцвевших глазах была смесь тоски и чего-то светлого. Я перекрестила его и поцеловала в небритую щеку.

Это был единственный поцелуй в нашей жизни.

Звонка от него не было. Позвонила ему через несколько дней сама.

- Ну как ты, вышел на работу?
- Нет пока. Затянулось в этот раз сильно, не получается выйти.
- Хорошо, давай собирайся с силами, выбирайся.

Больше звонить ему не стала. В воспитательных целях, понимаешь. Взрослый мужик и т.п. Должен сам.

Потом оказалось, что Цезарь положил его в больницу, чтобы вывести из запоя.
Хотел вылечить его у какого-то врача по ДНК. Но лечащий врач сказал: нет смысла, это не лечится, у Жени уже такая стадия, что вряд ли что-то поможет. Разве что хороший психолог, но тут важно его собственное желание, а он не видит смысла.

Однако в больнице его прочистили, на работу он вышел. В Одноклассниках на его страничке появился статус "Полиграфия на любой вкус и кошелек".

Тот запой был слишком длительным, чтобы не сказаться на работе: заказчики начали уходить, объем работы стал меньше. Бизнес требует не только ясного ума, но и обязательности.

Женя прекрасно понимал тенденцию.
Всевидящее Око

Tags: Выбор
Subscribe

  • Про хорошее в людях, или о пользе личного общения

    Перед лоджией в квартире, где жила мама, растут деревья, ветви которых дают тень, отчего в квартире не хватает солнца. Так мне кажется, хотя я там не…

  • Из темноты пещер

    Сынок сделал новый мультик. К Юрию Гагарину относится с огромным уважением, на 2 курсе за свои деньги снял фильм про Гагарина. Говорил тогда, что…

  • "Керосин", режиссер Юсуп Разыков

    Посмотрела на он-лайн фестивале Дубль дв@ прекрасный фильм. Будучи в Узбекистане, открыла для себя этот народ с наилучшей стороны. Узбеки,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments