Гей или обычный мужчина?

Еду в метро, делаю первую пересадку с наземной бутовской линии на поздемную БД (так называют по-смски юноши даже по телефону "Бульвар Дмитрия Донского"). Со мной в вагон заходят и садятся напротив в уголке двое молодых мужчин лет 30-ти. Оба очень высокие и колоритные, привлекают внимание не только ростом, но и какой-то раскованностью. Один совершенно рыжий, похожий на фрица в каске немца, с такой же рыжей щетиной, в серой вязаной шапке, стильном пальтишке мышиного цвета, серых же штанах и в высоких берцах, из-под шапки торчат проводочки наушников веселого цвета только что проклюнувшейся весенней травки, внушающей надежды и ожидания.
Второй в сером драповом пальто, черных стильных джинсах, почти изящных высоких ботинках на шнуровке, поверх которых виднеются черные же носки. Продолговатое худое лицо обрамлено продолговатыми большими ушами, какими-то очень стильными: мочек уха почти нет, уши переходят сразу в щеки. Большие выпуклые выразительные глаза с чуть белесыми ресницами, длинный тонкий чувственный нос, на кончике которого водружены круглые металлические очечки. Волосы длинные, закинутые вверх с помощью ободка для волос. Ободок черного цвета, словно из ограненных ювелиром черных бусин, сверкающих в свете вагонных ламп при движении головы.

Светло-русые волосы зачесаны аккуратно на макушку, но над очками торчат более светлые хвостики-кустики, будто специально состриженные, плавно переходящие в бакенбарды.
На шее небрежно завернут трехцветный шарф спокойных тонов.

Парни удобно усаживаются на сиденье для троих таким образом, что третьему не усесться: оба худые, но любят занимать много места в окружающем мире.

Парень с ободком говорит тому, кто в шапке:
- Ну, приятной нам поездки, - явно предвкушая таковую.
Рыжий отвечает спокойным и мудрым:
- Как и всем. - Есть в этом что-то европейское почему-то.
- Ну, всем не получится, а нам - пожалуйста, - довольно и уверенно говорит "ободок", достает из сумки планшетник такого же веселенького салатового цвета и углубляется в происходящее на экране. Оба смачно жуют жвачку.

На Пражской заходит тетка с сумкой на колесиках, объемной коробкой с какой-то кухонной штуковиной и большим пакетом - на платформе остается провожающая её подруга. Долго обустраивая на длинный путь вещи, усаживается рядом с "фрицем". Тот вежливо подвинулся к другу, который даже не шевельнулся. Спустя несколько минут "немец" осознал щуплость скамьи, встал и отошел к двери. Ехать до центра более получаса.

"Ободок" с явным удовольствием, видимо, что-то печатает: на игру не похоже, скорее, на текст.
Пальцы красивых рук тонкие, с аккуратно подстриженными ногтями интеллигентной формы, не привыкшие к физическому труду, легко порхают по клавиатуре: правой рукой активнее, левой реже.
Нога на ногу, свободная посадка, ноги не убирает даже тогда, когда кто-то из девушек протискивается к торцевой двери, соединяющей вагоны. Уступить место ему даже в голову не приходит.

Рассматриваю его без боязни, что он заметит, настолько он поглощен собой.
Рядом со мной садится прелестная девушка в красном полупальто, между рядами сидений набирается народ. Парень не отрывается от экрана.

Думаю: "Интересно, выйдут ли они со мной на Чеховской, раньше, или поедут дальше?"
Зачем мне это, не знаю.
Почему-то начинаю думать, уж не геи ли эти ребята, хотя ничего не говорит об этом - никаких прикосновений, объятий и, тем более, поцелуйчиков. Смотрю на мочки ушей - ни у одного из них нет сережек в правом ухе: сын объяснил мне, что это может быть опознавательным знаком "для своих". Уши обычные.
Какое мне дело до того, с кем спят эти парни?

Перед Боровицкой девушка в красном встала и подошла к двери, готовясь к выходу на остановке.
Парень вдруг поднял веселые свои глаза на девушку и улыбнулся широко, явно начиная диалог глазами. Девушка посмотрела на него спокойно и невозмутимо.

Парень кивнул головой и стал складывать свой планшетник в сумку. Потом так же весело отрицательно покачал головой, типа, "нет?", снова достал его и положил на колени.

"Надо же, не гей", - подумала я практически разочарованно.
Потому что к геям питаю какую-то необъяснимую нежность:))
Уже успела влюбиться даже в этого нахала и эгоиста, хотя вежливость вставшего ради женщины друга мне куда симпатичнее: удивительно понимать с годами, что ты способна испытывать симпатию к тому, кто прежде был отвратителен:)

На подъезде к Чеховской встала. Рыжий парень оторвался от глухой двери вагона и сделал шаг к выходу. Мы стояли рядом, я увидела, как он озабоченно посмотрел на друга, готовый позвать его, если тот, увлекшись буковками, забудет подняться.

И только тут я сообразила, что сиделец смотрел вовсе не на девушку, а на друга: они были на одной линии его взгляда:) Это девушка смотрела на него, а он мимо неё на парня, который, очевидно, лучше знал, когда им нужно выходить.

Вышли мы на одной станции, но я уже не оглядывалась, чтобы что-то понять: их отношения - их личное дело, мне вдруг стало не важно разгадывать до конца тайну их единства.

Один получает удовольствие от жизни, не думая о других, второй... не похоже, чтобы его поездка была менее приятной, чем друга:)