Olga (ajushka) wrote,
Olga
ajushka

О выборе, астрологии, судьбе и любви (29)

предыдущие части
В последующие годы мы с одноклассниками общались не так и часто. Галя, жена Володи Ш., не раз приезжала к нам в гости, её не пугала отдаленность Южного Бутова, да и жила она к тому времени уже не в Лефортове, а на Тульской, во дворах за длинным домом-кораблем, так что ехать ей было по одной ветке метро. Общения Гале не хватало, так что она частенько брала детишек, Юлю и Вовишу-младшего, приезжала к нам, и мы шли в лес на пикник, благо, что как раз лесов вокруг было достаточно: у нас была такая квартира-дача - это теперь и тут город, а тогда была тишь да благодать, ни машин, ни домов - деревни, коровники, поля, леса, запах прелого навоза от юго-западного ветра.

Мы разжигали костер, нанизывали на шампуры сосиски или толстые ломтики сыра, поджаривали на углях хлеб, дети бегали вокруг по лесу и общались, а мы с Галей перетирали всё, что можно перетереть.

И вроде бы всё было хорошо, но её снисходительность и постоянные подколы-шутки над моим весом или упрямо предполагаемым ею моим еврейским происхождением напрягали. Много раз, словно оправдываясь, повторяла, что ничего про еврейскую кровь в семье не знаю, что украинская на осьмушку есть от прадеда Трощенко из Курской губернии, что похожа на отца, а истинные евреи считают, что только еврейка-мать гарантирует еврейское происхождение, но ей нравилось снова и снова долбить эту националистическую тему.

Так что в итоге я устала, решила, что если уж она так не приемлет евреев в её "арийском" окружении, то чего я буду пыжиться? Да, еврейка, и что?:) Нравится тебе так думать- пожалуйста, в еврействе я не видела ничего ужасного, будь я ею, не скрывала бы и не стыдилась, национальность ты выбрать не можешь, мне вот лично всё равно, какой национальной принадлежности человек, главное, какой он по человеческой сути - высокомерие зависит совсем от другого, презирать другого за происхождение недостойно.

Так решила я и постепенно свела на нет всяческое с ней общение по своей инициативе. В том числе и отдачу Женькиных вещей, которые он носил очень аккуратно, для её младшего сына.
Спустя года-два общий знакомый говорил: Галя приходила, расспрашивала про тебя, помолчала, посетовала, что общение прервалось, говорит, Оля - хороший человек. Зачем же было пытаться унизить в сравнении с собой? Возможно, это научило её относиться к лдям с бОльшим уважением.

Как люди не видят, что стоит переменить что-то в СЕБЕ, и они ничего не лишатся?

С Вовкой, её мужем, который когда-то был влюблен и в меня, мы разговаривали, прожив в своих браках уже по 15 лет. "Как ты любил Галю!" - ностальгически произнесла как-то я, на что он твердо ответил: "Почему любил? Я её и сейчас люблю". Я ему так и не сказала, что Галя, ходя с Вовишей в животе, говорила мне, что позови её сейчас прошлый студенческий возлюбленный, она не глядя ушла бы к нему от Володи.
Чужая правда всегда остается чужой: пусть лучше он верит, что и она его любит. Это его выбор и его личное дело.

Когда мы сидели у костра на одном из наших детских пикников, Галя рассказала, что ей не так давно звонила мама того самого возлюбленного.
Рассказала Гале, что в дикие времена перестройки и мутной воды во всем её сын ввязался в какую-то авантюру с бизнесом, что его подставили, ему пришлось отдать за долги свою квартиру, и он вернулся к матери в однушку. Мать такому исходу была не рада и боялась, что сын и эту квартиру может потерять.

Только после этого Галя задумчиво сказала: "Да, Володя все-таки хороший муж".

Ну, хоть когда-то она это поняла. Хотя не думаю, что раздумья могут сильно повлиять на чувства.

Спустя несколько лет мы как-то увиделись. Я все-таки собрала Женькины вещи и позвонила Гале для встречи и передачи вещей для Вовиши. Она встретила меня в метро, критически осмотрела с ног до головы, сказала, что я совсем не изменилась за прошедшие годы, и в этом было что-то если не завистливое, то близкое к этому, так что меня это сообщение не сказать, чтобы порадовало: в принципе, я это знала и без неё. С возрастом худенькие высыхают как-то быстрее, чем не худенькие. Это и кожи лица касается.

Во всем есть свои преимущества и плюсы.
Всему свое время.

С Женей мы общались тоже не так часто.
Все-таки он был уже женатый мужчина, я знала, что его жена напрягается при моем имени, поэтому сама инициативу проявляла редко. А Женя и вовсе её не проявлял, разве что на день рождения по традиции, заведенной с детства. Да и то потому, что неделей раньше обычно звонила ему я: он хоть и был на год старше, но день рождения был на неделю раньше моего.

Зато мужу моему он звонил периодически по их общим каким-то делам.
С появлением сотовых телефонов это стало совсем простым делом: сидим мы, ужинаем, городской телефон свободен, и тут звонит на сотовый мужа Женя, явно не желая попасть на меня. Меня это почти оскорбляло: я чувствовала себя отверженной и сердилась. Думаю: вот когда ему плохо, он мою помощь и меня вполне принимает, а как только хорошо - его ветром сдувает.

Если бы я могла знать, что не так уж ему и хорошо, и именно поэтому он оберегает меня от себя и своих проблем. Ему было проще уйти в запой, чем позвонить мне...

Мы все равно общались: я хоть и обидчивая и упрямая, но чувствовала даже сквозь свои обиды, что нужна ему, что он сам не станет появляться первым. И моя гордыня-гордость время от времени давала сбой, я набирала его телефон или позже писала по электронке.

Поэтому знала, что спустя лет пять они со Светой расстались: он снова вернулся в свою одинокую холостяцкую квартиру, живет один, хотя развод они не оформили.
Знала, что он пьет, уходя в запои на неделю-другую, потом берется за ум и какое-то время совсем не пьет.

На время запоев его, главу небольшого издательства, подменял его зам, он же муж Женькиной сестры грузин Цезарь. Цезарь уже перестал быть мужем сестры Тани, - их общий ребенок умер в 2-месячном возрасте по непонятной причине: уснул и не проснулся. Мне тогда казалось, что он просто почувствовал, что Таню он раздражает (она сильно уставала от ребенка и они с мужем вечерами куда-то уходили, с сынишкой возилась Танина и Женина мама, рассказывала мне, что кладет его, сильно плачущего, на шею сзади, грея ему таким образом животик, и так и носит, пока он не перестанет плакать), читала, что детдомовские груднички умирают чаще домашних именно потому, что о них мало заботятся, что видимых причин для смерти часто не бывает.

Таня никого больше рожать не стала, с Цезарем они расстались, но сам Цезарь, человек преданный и верный, от Жени в бизнесе никуда не ушел, хотя нервничал сильно, страховал его в общем деле и не только. Когда Женька наутро спьяну не мог вспомнить, где оставил свою машину, Цезарь сажал его в свою и возил по Москве по возможному маршруту Жени в поисках его машины. Однажды они так нашли её под сугробом стоящей на развилке у гостиницы Ленинградская, так оба и не поняв, как она могла там оказаться.

Женя оставался большим безалаберным ребенком, которому нужна сильная направляющая рука вроде его матери, которая всегда лучше знала, как ему поступить.

Оказавшись без этой указующей властной руки, Женя не смог стать взрослым. Упустил возможность и не проявлял желания.

Он так и оставался озорным безответственным ребенком.

И эта безответственность мною хотя и принималась как факт, но в случаях, когда была какая-то личная заинтересованность, бесила.

Когда мой сын начал писать рассказы, я перепечатала их на компе, сделала верстку, написала анонс и попросила Женю издать книжку тиражом в 100 экземляров: мне хотелось дать своему сыну ощущение значимости. Это был бы такой подарок - не важно, по какому поводу. Выражение уважения к его способностям, возможностям, личности - пусть и маленькой, ему было лет 12 тогда. И рассказы были хоть и не совершенны, но с заделом на будущее.

Но Женя книжку так и не напечатал, хотя я предлагала ему заплатить, как обычный клиент. То одно, то другое, а потом я рассердилась на его необязательность и поставила крест на этой идее: пыталась отпечатать в других типографиях, искала поблизости, но в итоге оказалась не судьба. Я просто делала на принтере книжечки сама, а Женя давал их почитать своим одноклассникам. Одна из мама мне говорит: "Не мешайте сыну писать, у него талант".
Как будто я мешала :)

Избегание контактов, любых проблем, было Женьке свойственно всю жизнь.

Не раз я думала о том, что могло быть, пройди он психотренинг у нашего Саши-психолога, от которого Женя сознательно отказался, сказав, что свои отношения с матерью он хочет оставить так, как есть.

Это был его сознательный выбор.
Пусть он потом и пожалел об этом.
Всевидящее Око
Tags: Воспоминания, Выбор
Subscribe

  • Карен Джангиров

    Без моего ведома идут поезда, летят самолеты, плывут корабли, запускаются спутники, объявляются войны, начинаются снегопады, метели, дожди... А за…

  • Карен Джангиров

    Человек — это тайна, в уголке которой плачет большое животное

  • Питер Хейн

    КОГДА НЕВЕЖДЫ Оставив мудрость увядать в песках зыбучих из знания мы сотворили Бога, но лучшее обречено стать худшим, КОГДА НЕВЕЖДЫ ЗНАЮТ СЛИШКОМ…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments